В предыдущих публикациях мы говорили о стратегическом взгляде на интеграцию западных и восточных подходов, об интегративной модели и о том, как выстраивать обучение врачу.
Теперь переходим к следующему уровню – к реальной клинической практике. Вместе с Натальей Викторовной Карташовой, к.м.н., врачом неврологом, рефлексотерапевтом, врачом ФРМ мы обсуждаем, как иглорефлексотерапия применяется при боли в спине и шее в повседневной практике, где проходят границы метода, как оценивается результат и в каких случаях он действительно оправдан.
– У вас более 25 лет практики. Можете привести примеры, когда именно иглорефлексотерапия сыграла ключевую роль в лечении хронической боли, например, при боли в спине или шее? Что стало поворотным моментом? Применялась ли сопутствующая терапия?
Таких примеров очень много. Один из ярких случаев – пациентка после операции на позвоночнике. У неё сформировались постоперационные рубцы, и в течение примерно шести месяцев сохранялся выраженный болевой синдром.
Мы работали с зоной рубцовой деформации: использовали постановку игл и метод «игла-нож». Уже после одного сеанса тяжёлые боли ушли. Дополнительно применялись периферические антиболевые точки, что позволило добиться выраженного миорелаксирующего эффекта. Само по себе применение препаратов не давало такого эффекта, как сочетание рефлексотерапии и метода «игла-нож».
– Как вы решаете, кому назначать иглорефлексотерапию, а кому другой метод лечения? Есть ли клинические признаки или профили пациентов, при которых она особенно эффективна?
Есть ситуации, когда компрессия грыжей корешка настолько выражена, что болевой синдром самостоятельно не пройдет. В таких случаях показано нейрохирургическое лечение.
Если речь идёт просто об сосудистом отёке с болевым синдромом или миофасциальном спазме, то здесь, как неврологи, мы понимаем, что можем быть крайне эффективны. Мы берем данных пациентов в работу методом рефлексотерапии и получаем достоверно хорошие результаты.
– Используете ли вы в практике стандартизированные шкалы или инструменты оценки, чтобы понять, что состояние пациента действительно улучшилось? Какие именно и на каком этапе лечения?
Я использую шкалу ВАШ, а также провожу неврологическую оценку состояния боли, угла наклона, подвижности, объёма движений, классический неврологический осмотр с оценкой сухожильно-мышечных рефлексов, глубокой и поверхностной чувствительности.
Это основные диагностические критерии, которые позволяют мне определить динамику и эффективность лечения.
– В теме иглорефлексотерапии часто обсуждается роль эффекта ожидания и отвлекающей терапии. Как вы отличаете этот фактор от устойчивого физиологического результата?
Глобально это достаточно просто:
Если после нескольких сеансов у пациента боль уменьшается, пациент может обходиться без нестероидных противовоспалительных препаратов, его не сковывает болевой синдром при длительной ходьбе – это хороший клинический результат.
Если же пациент на фоне рефлексотерапии не смог сойти с обезболивающих и боли возвращаются, значит, эффект слабый и необходимо сочетать с другими методами терапии.
Но если раньше у пациента обострения были ежемесячно, а после курса рефлексотерапии пациент полгода или год не испытывает обострений и фактически забывает о привычном болевом синдроме – это показатель высокой эффективности. Один из важных критериев –это длительность ремиссии, которая гораздо выше на фоне рефлексотерапии, чем без нее.
– Какое базовое образование и клинический опыт необходимы врачу, чтобы безопасно начать работать с иглорефлексотерапией при хронической боли? Нужен ли опыт в неврологии или другой специальности?
Конечно. Неврология преподается на лечебном факультете, то есть врач лечебного дело обязан владеть базовыми понятиями неврологии. Доктор, который работает с болью или иглами, должен знать рефлекторные дуги, рефлексы, должен понимать структурально уровень и знать патофизиологические причины возникновения боли. Если специалист не понимает, откуда идет источник боли и в чем его причина, как правило, он не сможет эффективно выбрать методику рефлексотерапии. То есть первично остается постановка диагноза, а в китайской медицине важно знание синдромов для правильного выбора рецепта.
Иглы могут давать локальный симптоматический эффект, но как правило, при хроническом болевом синдроме формируется стойкий симптомокомплекс, на основании которого врач принимает решение: какие точки применить, как использовать иглы, как правильно составить рецептуру.
Существуют универсальные точки и универсальные рецепты – они работают в 70-80% случаев. Но в 20-30% требуется индивидуальный подход, где врач должен подумать о рецептуре с учётом возможных сопутствующих симптомов, как неврологических, так и со стороны внутренних органов.
– Какие ошибки чаще всего допускают врачи в начале пути?
В техническом плане – неточное попадание в точку и недостижение эффекта Дэ ци (Deqi), то есть эффекта «распирания» при попадании иглы в максимально биологически активную зону, в которой достигается эффект иглы.
С точки зрения клинического мышления – сложность в составлении рецептуры сочетания точек. Это искусство постановки синдрома с позиции традиционной китайской медицины и правильного сочетания методов.
– Ваш совместный курс с Ириной Шариновой и Владиславом Че пройдет уже этой весной. Будет ли уделено внимание клиническим алгоритмам принятия решений, и сможет ли врач после обучения начать применять метод в своей практике?
Да, мы разберём именно болевые синдромы с позиции локализации и с позиции контроля систем внутренних органов: каждая точка на спине (шу-точки) соответствует определённому органу. Правильное определение синдрома позволяет максимально эффективно обезболить и добиться результата. Поэтому мы несколько часов посвятим практике –разбору методов, отработки техники установки игл и составлению рецептур.
STADA Arzneimittel AG – это международная группа компаний, один из крупнейших производителей качественных аналогов инновационных лекарств – дженериков.
